Если рассматривать неблагоприятные события для фирмы, можно выделить два типа внутренние и внешние. Принципиальная разница между ними в том, что когда риск находится внутри управленческого контура, с ним можно работать силами регулярного операционного менеджмента. «Надень каску», «держись за поручни», «проверяй сотрудников при найме». Это простая в целом и понятная операционная система.
Иное дело системные риски, источники которых находятся вне управления.
Устоявшийся в русской теории и практике термин «управление рисками» создает ошибочное впечатление, что рисками можно управлять. Но это не так.
Строго говоря, более верным переводом «risk management» является «рИсковое управление» или, если еще точнее «управление с учетом рисков».
Ценность работы Талеба для стратега не в том, что он ввел в оборот Черного лебедя. А в том, что показал, каким образом нужно менять мышление и на каких принципах должно строиться стратегическое управление в компании в отношении рисков.
Напомню, что по определению автора термина, Черным лебедем признается событие, которое отвечает трем критериям:
- Событие является неожиданным (для эксперта);
- Событие имеет значительные последствия;
- После наступления, в ретроспективе, событие имеет рационалистическое объяснение, как если бы событие было ожидаемым.
Обратите внимание на последний критерий. Чаще всего его игнорируют, присваивая тому или иному событию характеристику Черного лебедя.
Один из классических подходов оценки рисков через произведение вероятности и потерь для малопредсказуемых низковероятных событий, которые могут нести катастрофической ущерб для Компании не имеет смысла. Если вероятность события кажется вам околонулевой, то несмотря на огромные потенциальные последствия, этот риск у вас все равно получит низкую ожидаемую оценку и окажется в зеленой зоне по шкале традиционной формулы произведения вероятности на последствия. То есть традиционный для многих компаний подход к рискам исключает возможность работы с Черного лебедя.
Два недостатка, которые демонстрируют современные менеджеры заключаются в следующем:
1. Мышление кейсами. Что-то похожее я уже раскрывал подробнее в ошибке выжившего. Оперирование экспертами изученными тропами ведет к слепоте и невнимании к мелочам.
Поскольку «черные лебеди» непредсказуемы, это нужно принять, не пытаясь предсказать. Какова вероятность встретить на улице динозавра? Следовательно, нужно жить с этим, не пытаясь понять и предсказать реальность. Мы можем сделать очень многое, если сосредоточимся на антизнании или на том, чего мы не знаем.
Это свидетельствует о низком уровне абстрактного мышления. Способность к синтезу - главное оружие стратега. Нужно учиться мыслить абстрактно.
2. Нежелание учиться и думать.
Проблема заключается в структуре нашего сознания: мы изучаем не правила, а только факты и только факты. Метаправила (например, правило о том, что мы склонны не учить правила), похоже, нам не очень хорошо усвоить. Нассим Талеб
Для стратега не может быть неважных и неинтересных фактов, поскольку любое событие может иметь значение. Нет различий между возможностями и угрозами. Любознательность - вот, что отличает стратегов.
А в этом смысле закукливание в любом отраслевом домене не очень хорошо.
Учиться, учиться и учиться. Министр народного просвещения Российской империи И.Д. Делянов (1818-1897)
Недостаток самоанализа и почевание на лаврах - бич всех экспертов. Изучать новое нужно с таким темпом, чтобы спустя уже полгода, глядя на прошлый кейс приходить в ужас, сколько ошибок было сделано.
Резюме. Пожалуй, в современных стратегиях традиционный подход к рискам большого смысла не имеет. Имеет смысл всегда искать возможности. А управление с учетом рисков должно заключаться в формировании сценариев реагирования на негативную динамику финансовых и бизнес-метрик с помощью стресс-моделей, нежели ведением реестров риска с волюнтаристской оценкой их вероятности.
Как вы думаете, какая из, стратегических школ по Минцбергу наиболее отвечает вызовам, исходящим от Чёрных лебедей?